Что мешает становлению грамотной и эффективной защиты животных в России

24/07/ 2016, СОЛЬ

MG_68681-e1454522464779Одна из больших проблем нашей страны по теме защиты животных — это то, что участники зоозащитного движения имеют недостаточно опыта и знаний — и склонны надеяться на простые и быстрые «волшебные» способы решения проблемы бездомных животных. Которые сразу приведут к расцвету гуманности. Не всем приходит в голову, что эта тяжелая и запутанная проблема, которая зрела десятилетиями, не может быть легко решена за пару месяцев или даже лет. Нужна долгая кропотливая работа.

Фонд «Большие сердца» никогда не действовал исходя из иллюзий и пустых мечтаний. Мы хорошо изучили и продолжаем изучать и зарубежный, и отечественный опыт, успехи и неудачи, и предлагаем путь, который действительно может решить эту старую проблему.

Однако у нашего Фонда есть группа давних недоброжелателей (назовем их «оппонентами»), которую представляют некоторые высокопоставленные и даже медийно раскрученные «традиционные зоозащитники» (так они сами себя называют). Их основная зоозащитная цель, которую они не скрывают, — немедленно запретить по всей стране усыпление животных и застроить ее приютами по типу московских «мегаприютов», в которых собаки бы счастливо содержались пожизненно, либо просто выпускать собак обратно на улицы городов (не задумываясь о том, хочет ли там их видеть население и не будет ли это причиной еще более жуткого роста догхантерства по всей России). Достоверно не известно, сами ли они искренне верят в достижимость этого или имеют какой-то более материальный интерес. Важно другое. Эти господа очень хотят создать впечатление, что все зоозащитное движение России представляют только они — и никто другой не смеет выступать от имени зоозащиты. Им также не нужна (и даже опасна) правда об истинных последствиях их сверхгуманных предложений. Возможно, потому что они в последние годы весьма неплохо устроились при московской власти, входя в разные комиссии и комитеты, где рассказывали про то, как чудесно все получается в Москве в ее огромных приютах «без усыплений». Более того, эта группа зоозащитников сумела навязать свои взгляды Общественной палате России и пытается сделать то же самое в Государственной Думе. Однако недавний громкий скандал с московскими приютами БАНО ЭКО показал, что мегаприюты без усыпления не всегда, мягко говоря, являются раем для животных, несмотря на гигантское финансирование.

Сейчас, пытаясь отмазаться от своих провинившихся «подельников» из ЭКО, эти «традиционные зоозащитники» стараются перевалить все с больной головы на здоровую. Снова их мишенью выбран Фонд «Большие сердца» и зоореалисты, против которых снова пытаются начать волну клеветы в соцсетях.

Наш Фонд никогда не позволял себе разворачивать клевету против кого-либо, несмотря на разницу во взглядах. Наши же «гуманные оппоненты», похоже, не ведают понятия стыда и готовы на безоглядное чудовищное вранье. При этом они НИКОГДА даже не пытались вступить с нами и нашими единомышленниками в нормальный диалог! Спокойно ответить на наши аргументы своими доводами они не хотят (вы не найдете подобных дискуссий в интернете) — вместо этого ВСЕГДА лились потоки грязи, оскорблений, лжи. Причем все это прикрывалось якобы мнением зоозащитников со всей страны, собирались какие-то подписи якобы от организаций с мест против нас — «оборотней в зоозащите» и т. д. При этом инициаторы этих кампаний против Фонда тщательно и трусливо скрывали свои имена. В отличие от наших врагов, мы не скрываем своих лиц и имён. Вся команда «Больших сердец» хорошо известна и представлена на сайте организации, как и города, с которыми идет сотрудничество.

Ниже мы попытались более подробно ответить на наиболее часто звучащие в адрес Фонда клеветнические выпады.

40515_900-2

Также мы приводим пример попытки вступить в диалог с нашими «оппонентами» — попытки, в ответ на которую мы получили лишь новую порцию оскорблений. Фонд «Большие сердца» и эвтаназия

  • Наши оппоненты и враги утверждают, что единственной целью деятельности Фонда является лишь внедрение усыпления животных повсюду в России и более ничего. Но это говорят люди, которые НИЧЕГО не знают о деятельности фонда — и не хотят знать. Однако Фонд «Большие сердца» выступает за комплексный подход к решению проблемы бездомных животных, который включает в себя предотвращение выбрасывания животных через внедрение обязательной регистрации и чипирования, повышение ответственности владельцев, массированное просвещение населения, широкодоступные программы льготной и бесплатной стерилизации для малоимущих владельцев. Фонд уже имеет богатый опыт во внедрении этих подходов в разных городах России. Мы занимаемся и просвещением, и стерилизацией, работаем с местными властями. Благодаря нашей деятельности стерилизованы тысячи животных в разных городах России. Во многих городах в школах идут «Уроки доброты», призванные привить гуманное отношение детей к животным. А чем могут похвастаться наши оппоненты и враги? Перепостами с призывами на сборы денег в соцсетях? Что касается бездомных животных, уже находящихся на улицах городов нашей страны, то мы видим здесь выход вовсе не в усыплении, как нам пытаются приписать. В одном из клеветнических текстов против нас даже утверждается, что мы якобы хотим застроить Россию «приютами ограниченного содержания», в которых все животные будут усыпляться. Это явный бред, написанный людьми, которые даже не разбираются в том, какие на свете бывают приюты. На самом деле мы действительно выступаем за создание приютов — сети приютов как можно более широкой, с привлечением всех ресурсов, которые могут быть для этого использованы. Именно приютская система помогла решить вопрос в развитых странах. Прежде всего мы хотим, чтобы развивались общественные приюты, приюты зоозащитных организаций. Но там, где общественность не может в силу масштаба проблем взять все задачи на себя — нужны и государственные, и муниципальные приюты. Мы подчеркиваем, что цель любого из этих приютов — это прежде всего, поиск для бездомного животного прежних или новых владельцев. Именно так работают наши приюты, созданные в разных городах России. В них нет никакого массового усыпления животных. Это просто клевета. Мы пишем, что усыпление может потребоваться только для определенной категории животных — например, когда поток животных слишком велик и система приютов еще не столь развита, чтобы принять их всех. Мы против ложной гуманности, которая хорошо была продемонстрирована в московских приютах БАНО ЭКО в последнее время. Да, эти приюты не усыпляли — и наши враги превозносили их как пример гуманности. Но теперь всем стало ясно, что на самом деле таится за этой гуманностью — переполненные вольеры, животные, умирающие в нечистотах от болезней и голода.Наша цель — СРАЗУ ЖЕ стремиться к минимизации количества усыплений. Но в условиях России мы не можем гарантировать, что усыпление не потребуется. Тем не менее, мы стремимся к тому, чтобы из муниципальных приютов большая часть животных могла бы попасть в общественные приюты — в том числе и те, которые обеспечивают им нормальное существование на протяжении всей жизни. Наши активисты сейчас в нескольких регионах (Карелия, Ярославская область, Самарская область и др.) бьются за то, чтобы местные власти не только давали возможность зоозащитникам создавать свои приюты, но и оказывали им активную помощь, в том числе финансовую. И, наконец, для справки для наших оппонентов-неучей сообщим, чем отличаются приюты «ограниченного» и «неограниченного» приема. Это международная классификация приютов, и означают эти термины всего-навсего, что «приют неограниченного приема» принимает всех поступающих к нему животных, а приют ограниченного приёма — лишь выборочно. Для России нужны приюты обоих видов, равно как и вышеупомянутый комплекс профилактических мер. «Приюты неограниченного приёма» — вовсе не значат, что в них свободные места будут образовываться с помощью усыпления. Животные могут после некоторого срока передаваться и в другие приюты, или новым хозяевам, или возвращаться стерилизованными на закрытые территории под ответственность собственников этих территорий, если им не грозят расправы со стороны догхантеров и недовольного населения.
  • Еще одно обвинение под лозунгом: «Эвтаназия — это самая большая коррупция».Нас обвиняют в том, что мы хотим нажиться на эвтаназии, продавая препараты для убийства животных. Это еще более фантастическая ахинея. Сейчас Фонд занимается тем, что помогает городам России использовать при стерилизации хорошо известный всем специалистам ветеринарный препарат Золетил или его аналог Телазол для того, чтобы можно было проводить стерилизацию животных, а вовсе не усыпление. Именно программы льготной стерилизации поддерживаются Фондом в разных городах России. Несколько лет назад, когда возникла угроза, что Золетил больше не будет поступать в нашу страну, Фонд пытался предотвратить эту катастрофу — попытавшись открыть собственное производство дженерика Золетила за границей. Но возникли финансовые сложности, которые замедлили осуществление этого проекта — а потом опасность миновала. При этом наш этот неосуществленный проект был направлен вовсе не на жажду наживы — мы просто хотели, чтобы наши программы льготной стерилизации не прекратились, а в ветклиниках не начали резать «по-живому», как это уже было во время гонений на кетамин.
  • И вот еще одно ложное обвинение: «Они открыто говорят, что надо было бы усыпить все Вешняки, считают нас зоошизой»Нам приписывают утверждение, что мы хотим усыпить всех животных из приюта БАНО ЭКО в Вешняках. Это ложь. Никто из представителей Фонда не делал подобных заявлений. Трагедию в Вешняках мы предвидели давно, предупреждали и предупреждаем о том, что система пожизненных приютов, финансируемых из бюджета без обеспечения пристраивания или в определенных случаях усыпления, постоянно будет приводить к подобным трагедиям. Даже огромные средства, которые вкладываются в эти приюты в Москве, даже огромный опыт московской зоозащиты в пристраивании животных не дал возможности предотвратить эту гибель. Что уж говорить о менее богатых регионах… Возвращаясь к Вешнякам, к конкретному данному случаю, мы считаем, что если зоозащитники смогли распределить животных по общественным приютам и передержкам Москвы и других городов (и обеспечить им нормальное существование!), то это замечательно и никого усыплять не надо.
  • И, наконец, пример попытки вступить в диалог с нашими оппонентами из «традиционной зоозащиты». Ниже приведены выдержки из письма, направленное одним из активистов Движения реалистической зоозащиты, которое сотрудничает с Фондом «Большие сердца», в адрес высокопоставленных активистов «традиционной зоозащиты», и которое было распространено в почтовой рассылке среди них. ОТВЕТА МЫ НЕ ПОЛУЧИЛИ — вообще никакого! А через некоторое время опять потоком полилась привычная клевета в соцсетях. Возможно, наши «оппоненты» вообще не умеют по-другому разговаривать? Особенно если по существу возразить им нечего в силу нехватки образования и опыта?

Отрывки из письма в адрес руководства «традиционной зоозащиты»:

а. Отношение к усыплению здоровых животных. Мы признаем это злом, и считаем, что в идеале такого быть не должно. Однако если ваши единомышленники полагают, что искоренения усыпления можно добиться мгновенно, просто запретив усыплять законодательно, то мы полагаем, что так в реальности не выйдет, и, запретив произвольно усыпление, мы вовсе не избавим животных от насильственной смерти, потому что ситуация еще не созрела. Нужно еще прийти к возможности прекратить усыпление.

б. Отношение к методу ОСВ. Тут наши взгляды расходятся. Кто-то из вас предлагает этот метод как вполне допустимый в качестве основного «временно». Мы же полагаем закрепление этого способа как основного — грубейшей ошибкой, которая ведет к самым плачевным последствиям, причем даже временное его введение ничего не изменит. ОСВ — во-первых, это навечно узаконенное зло бездомности домашних животных, во-вторых — он не дает тех результатов, которых ждет вся страна в плане решения проблемы бездомности. Мы действительно собрали все доказательства нашей правоты: и рекомендации международных организаций, и данные математического моделирования, и уже очень богатый опыт других стран. Про этот метод мы знаем если не всё, то почти всё (даже саму аббревиатуру ОСВ в русскоязычный оборот ввели мы!). И данные показывают — при ОСВ бездомность сохраняется в неприкосновенности, а в тех странах, для которых этот метод противопоказан (с преобладающим европейским, а не азиатским стилем содержания животных) — ситуация становится еще хуже. Бездомность укореняется навсегда, и за внешне привлекательным фасадом «никого не усыпляем» скрывается совсем не гуманная правда. Поверьте, если бы ОСВ работал — мы бы первые его поддержали. Мы поддерживаем ОСВ только как дополнительный метод для ряда особых условий.

в. Отношение к приютам. Считаем, что приюты — лучшее решение проблемы уже существующих бездомных животных (кстати, известный опрос ФОМ показывает, что большинство россиян именно за это, а не за ОСВ). И я хочу опять особо подчеркнуть, что вы совершенно неверно приписываете нам тезис об «уничтожении бездомных животных как основном методе решения проблемы». Это ложь. На самом деле, мы выступаем за создание широчайшей сети приютов всех форм собственности, в том числе (и обязательно) таких, где здоровых животных не усыпляют (в том числе приютов ограниченного приема). Среди участников нашего зоозащитного движения и сочувствующих ему тоже есть люди, создавшие такте приюты и работающие в таких приютах. С какой стати тогда нам мечтать о всеобщем уничтожении животных? Может, Вы объясните? Другое дело. что мы понимаем, что определенные приюты вынуждены будут принимать всех животных — это столь нелюбимые вами «приюты неограниченного приема».

Во-первых, они должны выполнять свои обязанности в рамках программ регулирования численности бездомных в городах — иначе не миновать социальных конфликтов и очень высока вероятность начала нелегального и жестокого уничтожения животных, как коммунальщиками, так и догхантерами. (Кстати, московские мегаприюты — это как раз пример подобных приютов, которые в принципе «принимают всех отловленных», причем без официального усыпления. Мы в целом поддерживаем создание в Москве приютской системы вместо ОСВ, закономерно провалившегося к 2008 году.)

Во-вторых, приюты неограниченного приема должны принимать «излишнее потомство владельческих животных», которому не нашлось хозяев в ситуации «перепроизводства животных». Альтернатива этому — выбрасывание животных на улицу, для многих — на верную смерть. Приюты же должны давать шанс для любого. Насколько я понимаю, вы согласны с этим, однако полагаете, что государство, при определенном давлении на него, сможет найти достаточно средств, чтобы мегаприюты неограниченного приема без усыпления можно было построить по всей стране, а не только в Москве — плюс нужно простимулировать благотворителей на помощь в этом деле. В такие приюты можно было бы собрать всех бездомных животных. Но мы очень сильно сомневаемся в том, что на это наше государство пойдет. Если Москва — достаточно богатый город, то многие другие города и регионы не смогут выделить достаточно средств (ну, хотя бы потому, что население резонно спросит — «а почему сотни миллионов рублей идут не на детей и стариков, а на собак?»). Вот отсюда и принятие того факта, что из-за реальной ограниченной вместимости приютов всплывает допустимость усыпления невостребованных животных. А вовсе не из-за нашей имманентной злобности или корыстных побуждений.

Вы скажете — «в регионах тогда усыплять придется много, почти всех, а это неприемлемо для нас». А если не придется? Дело в том, что это не является абсолютно неизбежным (в отличие от неизбежного провала ОСВ). Мы же не случайно говорим о приютах всех форм собственности, которым необходимо оказывать поддержку и стимулировать благотворительность. Это вопрос создания многоуровневой приютской системы — кстати, стихийно возникающие все новые приюты в разных городах вполне можно ввести в это русло. Сама жизнь подталкивает нас в верном направлении.

При этом мы активнейшим образом пропагандируем и поддерживаем меры по повышению культуры содержания животных, борьбе с перепроизводством и выбрасыванием и т. п. — причем с первых дней основания Движения реалистической зоозащиты 10 лет назад (когда, кстати, некоторые Ваши единомышленники еще утверждали, что только 2% бездомных животных в России — бывшие домашние, и не обращали должного внимания проблеме выбрасывания). Посмотрите, сколько переводных и авторских материалов об этом на наших ресурсах. Однако мы понимаем, что с выбрасыванием, опять же, сразу не покончишь и нужен срок, пока программы сработают.

И, наконец, вернусь к вопросу о побуждениях. Движение зоореалистов — чисто волонтерская организация, оно не получало никаких денег ни от государства, ни от правящей партии (или каких-то иных партий). Большинство из нас — практикующие зоозащитники, подбирающие, лечащие и пристраивающие животных на протяжении многих лет. Лично я вступил в местную зоозащитную организацию еще в 1993 году — она одна из старейших в России. Наши хорошие партнеры и единомышленники из Фонда «Большие сердца» (прежнее название «Лапка друга») — также оказывают столь необходимую помощь десяткам приютов и волонтерских групп по всей стране, задыхающихся от безденежья. Наше отличие от тех из вас, кто занимается практической зоозащитой — только в том, что мы отбросили радужные иллюзии и поняли, сколько нужно по-настоящему сделать, чтобы помочь и животным, и людям.

Фонд всегда открыт для диалога и готов и далее разъяснять свою позицию.

Close